Потребитель, смотри в оба! В декларацию и сертификат

Открывая заседание Валерий ГОГИН напомнил, что в прошлом году было принято решение об отмене обязательной сертификации целого ряда пищевых продуктов, после чего встал вопрос: благо это для общества или принесет ему вред? Сотрудники "Тест-Татарстан" провели несколько семинаров и конференций со специалистами и представителями бизнеса, встречу с региональным отделением партии "Единая Россия", на которых пытались найти ответ на этот вопрос.

- Мы были озабочены и судьбой органов по сертификации, провели совещание с представителями этих органов, во время которого проводилось анкетирование 75 специалистов, - рассказал Валерий Алексеевич. - Оно дало любопытные результаты. Так, на вопрос, как вы оцениваете ситуацию, которая сложилась на рынке, 6,7% анкетируемых ответили "все хорошо, ничего не нужно менять". 93,3% респондентов считают, что "ситуация критическая, требуются новые подходы". Проблемами, которые требуют немедленного решения, участники анкетирования назвали: несовершенство законодательства - 29,7%, отсутствие единой политики в этой области - 40,3 %, отсутствие координирующего органа - 29,6 %. К трудностям, с которыми приходится сталкиваться в работе, 20% респондентов отнесли замену обязательной сертификации на декларирование, 8,6% - высокую конкуренцию, 8,1% - недобросовестную конкуренцию при продаже сертификатов, 31,4 % - финансовые затраты на подготовку эксперта, 2,7% - нехватку площадей, квалифицированного персонала, оборудования.

Я не вижу в отмене обязательной сертификации больших благ для производственников, ведь сама процедура подтверждения соответствия осталась. Изменилась лишь ее форма и появился новый термин - декларирование соответствия. Товаропроизводитель также должен подать заявку, провести испытание своей продукции в собственной или аккредитованной лаборатории, получить заключения пожарных, санэпидстанции.

В органы сертификации он обращается только на этапе подачи декларации о соответствии. Цена этого вопроса невысока - 2-2,5 тысячи рублей, да и те надо "раскидать" на три года, на которые выдается сертификат. Много ли выиграл бизнес в финансовом плане? Меньше стало у него и общения с сотрудниками органов сертификации, в которых они, прежде всего, видят не надзорную структуру, а советчика, партнера, щедро делящегося с ними знаниями. Из всего этого можно сделать такой вывод: в результате отмены обязательной сертификации товаропроизводитель выиграл одно лишь повышение своей ответственности перед обществом. Но до конца ли проработан этот вопрос?

Согласен, перечень продукции, подлежащей сертификации действительно был чересчур длинным, и его следовало сократить. Однако, отменяя обязательную сертификацию, государство должно было подумать о повышении ответственности бизнеса за конечный результат своей продукции. Должны быть такие правила игры, чтобы производственнику было выгодно соблюдать все правила, чтобы в случае нарушения он либо терял право на предпринимательскую деятельность, либо отвечал длинным рублем перед государством и теми, кому нанес урон своей продукцией.

Вот и выходит, что сегодня и товаропроизводитель в непонятной ситуации, и потребитель не защищен.

По мнению Любови АРТАМОНОВОЙ, отмена обязательной сертификации преждевременна:

- В других странах она постепенно заменялась и переходила в добровольную сертификацию. Тот, кто дорожил честью своей торговой марки, сертифицировал свою продукцию, и она стоила гораздо дороже, хотя на рынке цивилизованный потребитель выбирал именно ее.

Сейчас качество продукции в первую очередь зависит от добросовестности самого товаропроизводителя, поскольку контролировать его весьма трудно. Первые три года после того, как образовалось предприятие, проверять его надзорные органы не имеют право. Через три года его переименовывают - и вновь табу на проверки на три года, затем все повторяется снова. В итоге имеем пожизненно непроверяемый объект.

Если же на него поступает жалоба, то формируется обоснование в прокуратуру. По статистике, в прокуратуре из пяти жалоб удовлетворяют одну, остальные считают необъективными. Товаропроизводитель вновь остается неприкосновенным. Словом, производителю государством дана воля выпускать как качественную, так и некачественную продукцию.

При этом крупные производители, как правило, внедряют систему качества, ведь они хотят показать свою работу, чтобы не только в России торговать. У них есть служба качества, ОТК, лаборатории. Все это приводит к удорожанию продукции. А вот 90% предприятий малого бизнеса не имеют своих лабораторий, следовательно, не могут контролировать продукцию даже по простым показателям, о внедрении системы качества и говорить не приходится. На пищевых предприятиях она вообще внедряется "со скрипом".

Многие товаропроизводители заблуждаются, относя к сертификации все материальные и трудовые затраты по подтверждению качества своей продукции. На самом деле на сбор пакета документов по декларированию он потратит столько же сил и времени, что и на подготовку к сертификации, ведь при этом руководствуются теми же самыми законами. Любому товаропроизводителю, внедряя новую продукцию, расширяя эксперимент или реорганизуя производство, приходится несколько месяцев собирать документы. Один предприниматель два года назад даже сделал подсчеты и обратился с ними в Кабмин РТ. На внедрение системы качества предприниматель потратил около 180 тысяч рублей и целиком отнес их на сертификацию. Его расчеты проверила комиссия и выяснила, что из 7 месяцев трудозатрат собственно на сертификацию пришлось всего три дня, а из затраченных 180 тысяч - всего 20 тысяч. Остальное потрачено на разработку и согласование ТУ, получение экспертного заключения, проведение испытаний, заключение санэпидстанции. Если к нам приходит предприятие с заявкой, нам искренне жаль товаропроизводителя, которому предстоит хождение по мукам. У нас шутят, что за время его мытарств можно забеременеть, родить, в ясли определить и вернуться за документами. Отменили обязательную сертификацию, но хождение по мукам осталось.

Нам говорят, что сейчас облегчили жизнь товаропроизводителя, разрешив ему использовать протокол испытания своей лаборатории. Да нет у малого и среднего бизнеса своей лаборатории! Ему в любом случае предстоит обращаться в аккредитованную. Крупным предприятиям тоже не легче: от них требуют испытаний на радионуклиды, токсины, пестициды, ядохимикаты, для этого нужны приборы, которые стоят миллионы рублей. Значит, они тоже обратятся в аккредитованные лаборатории. Я согласна с Валерием Алексеевичем: ничего, кроме ответственности за продукцию, у товаропроизводителя не осталось. А проблемы все те же. На одном из семинаров некоторые представители малого бизнеса жаловались на то, что они добросовестно выполняют все предписания, в силу чего их продукция оказывается дороже, чем у соседей, которые на все плюют, зато и торгуют дешевым товаром, который неизвестно где и из чего мастерят.

Важно, чтобы производители выполняли технические регламенты, они у нас, в основном, неплохие. В них не все учтено, но требования достаточно жесткие. Хотя, скажем, техрегламент по зерну нуждается в доработке. Чтобы понять это, достаточно сравнить его с тем, что принят в Казахстане. В казахском документе на трех листах перечислены пестициды, на наличие которых следует проверять зерно, крупы. У нас же указано несколько ядохимикатов, которые сто лет не выпускают.

Что же до органов по сертификации, то мы не имеем права не декларировать продукцию, раз товаропроизводитель отвечает за ее качество. Я считаю, отменять обязательную сертификацию можно только после того, как будут приняты жесткие меры к нарушителю.

Марс ИСМАГИЛОВ, в свою очередь, полагает, что общество еще не готово к такому переходу, как в 90-е годы не было готово к свободной торговле:

- Тогда к нам хлынули некачественные продукты со всей Европы, и только сертификация защитила население. Надо сначала добиться, чтобы предприятия были открыты для проверки, чтобы любой гражданин имел возможность убедиться в качестве продукта. Сейчас же в законе не прописана четко ответственность товаропроизводителя. Можно отравить 100 человек и ответить за это по минимуму. Потребитель беззащитен, он едва научился искать на упаковке знаки сертификации, как ему снова надо переучиваться. Нужно, чтобы общество созрело для перемен.

У Елены ПОТАТУШИНОЙ другое мнение:

- Никакой отмены сертификации на самом деле нет. Как было подтверждение качества продукции, так оно и осталось, что и прописано в законе. Законом о техническом регулировании было предусмотрено, что будет ежегодно пересматриваться перечень продукции, подлежащей обязательной сертификации. В прошлом году перечень пересмотрели, и началось массовое принятие техрегламентов. Но это не умаляет ответственности предприятий, которая оговаривается в Кодексе административных правонарушений. Ответственность за нарушение техрегламентов возросла многократно - от 500 рублей до 500 тысяч и более.

Если предприятие не декларирует продукцию или декларирует недостоверно, его ответственность заметно возрастает. Так что не надо вводить в заблуждение потребителя: ни об отмене сертификации, ни о бесконтрольности рынка речь не идет. Все дело сводится к упорядочению процедур. Четко прописан и единый надзорный орган: надо всеми нами - производителями и контролерами - стоит прокуратура. Да и предприятие может в любое время обратиться за консультацией в надзорные органы, включая органы сертификации. Заметим, это право товаропроизводителей, но не обязанность. Общество идет по доверительному пути развития, и никуда от этого не денешься. Надзорным органам, действительно, работать стало намного сложнее, но это - ограничение вмешательства государства в деятельность хозяйствующих субъектов.

Наталия ВОРОНЦОВА уверена, что добросовестные товаропроизводители оказались в проигрыше:

- ООО "Гермес", которое работает по всем правилам, сталкивается с тем, что наши изделия на 10-20 рублей дороже, чем у недобросовестных конкурентов. Я как производственник против отмены обязательной сертификации. Сейчас на рынке появляются самые разные товары фирм без названия или с неправильным адресом. Покупатели же зачастую не задумываются о том, откуда и из чего сделаны эти продукты. Берут что дешевле. Мы давно уже занимаемся выпуском разнообразной мясной продукции и понимаем, что не могут так дешево стоить качественные котлеты или биточки. Но ведь не станешь рядом, не начнешь покупателей за рукав хватать: не берите, тут что-то не так. В итоге крайним оказывается покупатель, который за дешевый товар платит здоровьем, ведь недобросовестный производитель использует Бог весть какое сырье, не тратится на его проверки - отсюда и дешевизна.

Аида ЧЕРКАШИНА считает, что Любовь Артамонова подняла актуальную тему:

- Соединения, в принципе не свойственные тому или иному продукту, определить вполне возможно. Казань - город химиков, и нам это очень помогает. Но нормативные документы, по которым мы проводим анализ соответствия продукта, не предусматривают работу по выявлению того или иного компонента, вредного для нашего здоровья. С другой стороны, фальсификаторы либо недобросовестные производители сегодня очень ловко используют новейшие достижения пищевой химии с тем, чтобы обойти проблемы, связанные с использованием натурального, качественного сырья, и контролирующий орган не всегда может это определить. Я считаю, что это глобальная проблема, которая возникла не сегодня. Наука химия идет семимильными шагами вперед, а вот методики, которые могут определить "химию" в пищевом продукте, запаздывают. И не на два шага, а, пожалуй, на десятилетия.

Я согласна с Еленой Потатушиной в том, что нельзя говорить об отмене обязательной сертификации как таковой и тем самым сеять панику в рядах населения. Сертификацию, собственно говоря, никто не отменил, изменилась лишь форма подтверждения качества - путем предоставления производителем соответствующей декларации. Да, на этапе перехода от одной формы к другой сегодня возникают проблемы. Но давайте признаем: этот переход произошел не вдруг, не в этом же году. Закон о техническом регулировании вступил в силу в 2002 году, и подготовительный период - и для нас, контролирующих органов, и для общественных организаций, и для органов по сертификации, и для производителей - был. Просто этим временным люфтом не воспользовались. И теперь мы, естественно, встревожены, поскольку ситуация достаточно сложная. То есть мы задумались о том, что же произойдет, тогда, когда это уже произошло.

Согласна, что нельзя забывать о том, что и органы по сертификации, и испытательные лаборатории обладают серьезным потенциалом профессиональных кадров и опытом работы в данной сфере. Малый и средний бизнес позволить себе такие лаборатории, естественно, не может. Могут - крупные предприятия, такие как "ВАМИН", "Казанский мясокомбинат", которые существуют не один десяток лет и имеют свою службу качества. Это просто разные формы предпринимательской производственной деятельности! И если мы посмотрим на Европу, куда в последнее время нас так часто призывают смотреть, то там есть как достаточно крупные предприятия, лаборатории которых оснащены лучше наших служб, вместе взятых, так и малый производственный бизнес, не содержащий на балансе лабораторий. Малые предприятия просто работают по договорам с аккредитованными лабораториями, что вполне логично: зачем небольшому производителю содержать лаборанта? Именно к этой форме взаимодействия малого бизнеса и аккредитованных лабораторий нас подталкивают нынешние федеральные инициативы в части контроля качества.

Нравится нам или нет, но мы должны просто осознать, что переход от сертификации к декларированию - часть того перспективного направления перемен в области контроля качества, которое определило нам правительство на долгосрочную перспективу. А любая эпоха перемен сопровождается неизбежной критикой консерваторов, как правило - бесполезной. Другое дело, что в наших общих силах изменить те несовершенства законодательства, с которыми сегодня сталкиваются общественные организации по защите прав потребителей, органы по сертификации, изготовители пищевых продуктов. Вопросов действительно много. Возьмем небезызвестное постановление Правительства РФ № 766 от 7 июля 1999 года, которое ввело саму форму подтверждения соответствия в виде декларации - оно же пустое! Думаю, что вы со мной согласитесь - этот нормативный акт нуждается в доработке.

Не вдаваясь в подробности, опишу схему декларирования: изготовитель сдает декларацию в орган по сертификации, прилагает туда протоколы лабораторных исследований - любых. Представим, что рядом с Любовь Андреевной сидит какой-нибудь недобросовестный производитель и прямо на коленке рисует ей протоколы исследований…

Любовь АРТАМОНОВА: - Прямо на коленке - не дам …

Аида ЧЕРКАШИНА: …но формальных оснований отказать ему у вас не будет.

Любовь АРТАМОНОВА: - Нет, не будет.

Аида ЧЕРКАШИНА: - Вы зарегистрируете декларацию, и вперед, так ведь? Но здесь государство предусмотрело еще один механизм воздействия на недобросовестных производителей со стороны контролирующих органов - в лице потребителей. Давайте не забывать о потребителях: это самый главный рычаг, который нам всем сегодня позволит добиться от производителей высокого качества продукции. Государство подталкивает потребителя - будь активнее! Тем более что закон об ограничении проверок малого бизнеса № 294-ФЗ, требующий согласования проверок с прокуратурой, не распространяется на случаи, когда проверяющие государственные органы действуют на основании письменной жалобы потребителя на нарушение его прав.

Наталья СУХОРУКОВА: - Но это исключение из закона не распространяется на негосударственные организации, такие как Союз потребителей РТ?

Аида ЧЕРКАШИНА: - Союз потребителей вообще чудные права имеет. Но если мы с вами вместе учим потребителя быть умнее, знать свои права и знать, куда идти, - для этого в Татарстане разрабатывается механизм юридической помощи населению в режиме он-лайн по единому для всех проверяющих ведомств номеру… Видимо, наше правительство обеспокоено этим вопросом и сейчас консолидировало усилия на совершенствовании обратной связи с населением. Для ответов по новой "горячей линии" будут задействованы не менее десяти человек от каждого проверяющего ведомства.

Елена ПОТАТУШИНА: - Существуют интернет-приемные - очень рекомендую. Так, один раз при внедрении Электронного правительства мы не отследили, что интернет-приемная нашего ведомства на сайте prav.tatar.ru не активирована, так один товарищ аж с Балтасей пожаловался в прокуратуру: "Мне не ответили в Ростехрегулировании РТ через интернет-приемную!" Я разбиралась, отвечала прокуратуре, что активацией ресурса занимаемся не мы, а Центр информационных технологий. Но все равно бдительность мы повысили.

Валерий ГОГИН: - Но это как раз в продолжение разговора - еще и еще раз потребительская грамотность!

Аида ЧЕРКАШИНА: - Кроме того, я бы хотела сакцентировать внимание читателей "ВиД" на том, что потребители могут не только воспользоваться услугами интернет-приемной, но и жалобу написать в электронном виде. Есть соответствующий баннер и на сайте нашего ведомства, Госалкогольинспекции РТ: там достаточно просто заполнить форму - мы должны убедиться, что жалоба реальная - и все.

София САЙГАНОВА: - У меня вопрос к Аиде Филосовне. Вы говорили о необходимости совершенствования правовой стороны проблемы. Каким образом, вы считаете, это может происходить?

Аида ЧЕРКАШИНА: - Все мы, присутствующие здесь, должны готовить предложения по внесению изменений… В том числе и через наших депутатов - представителей РТ в Госдуме. Потому что в этом самом "волшебном" постановлении правительства №766 есть парадокс, на который мы с Любовь Андреевной обратили внимание. Если, например, представители контролирующего органа пришли в магазин, отобрали пробы и установили, что задекларированный товар не соответствует обязательным требованиям, то в этом случае производитель… обязан сообщить в органы по сертификации, что мы там что-то у него нашли. И все. Конечно же, у контролирующих органов при явном нарушении остаются возможности административного наказания: составим протокол, возбудим дело и взыщем штраф, но…

Любовь АРТАМОНОВА: - Да, действительно, такой порядок по 766-му постановлению существует. Но я официально заявляю: декларирование продукции, которое было с 1999-го года - это хлеб, хлебобулочные, макаронные изделия, зерно, крупа, мука, сахар - не работает. Почему? За эти годы ни одно предприятие не сняло с регистрации свою декларацию соответствия. Какой порядок снятия с регистрации по 766-му постановлению? Если органы контроля провели проверку и установили несоответствие - там не сказано даже, что несоответствие техническому регламенту или показателям безопасности, то есть можно "пришить" сюда и органолептику - декларант обязан с трехдневный срок обратиться письменно в орган по сертификации о снятии с регистрации декларации соответствия. При этом декларация, раз снятая вследствие нарушения, не восстанавливается. На этот момент мы обратили внимание еще в 1999-м году, звонили еще тогда в Росстандарт: "Как нам быть?" Нам объяснили: "Производитель не выполнил свои обязательства, он должен перестать вырабатывать эту продукцию". Вроде бы очень жесткие требования к изготовителю. Но это у нас не действует. Я, как представитель органа по сертификации, не знаю, что изготовителя проверяли и проверяющие органы выявили нарушения. Повторяю: за десять лет - ни одного снятия.

Валерий ГОГИН: - Давайте послушаем мнение крупного производителя, что он скажет.

Ольга КОЗЛОВА поддержала Любовь Артамонову:

- На сегодня наша молочная промышленность в обязательной сертификации видит свою защиту. Почему? Потому что, несмотря на наличие квалифицированных специалистов, мы неоднократно приходим и консультируемся в "Тест-Татарстан". А при добровольной сертификации: люди пришли - не пришли, проконсультировались - не проконсультировались… Хочу обратить ваше внимание, что за последний десяток лет притока качественных, профильных кадров в молочную промышленность нет. Если нет притока в нашу организацию, это говорит и о том, что нет такого притока и в малый молочный бизнес. Там работают не пищевики. Даже у нас на предприятии работает много ветеринаров, медиков - то есть где-то что-то к санитарии близкое, и мы этому рады. И плюс к такой ситуации другие производители будут еще и добровольно сертифицироваться. Но они при этом даже не будут знать о тех проблемах, с которыми они могли бы обратиться в органы госстандарта! Поэтому, когда мы обращаемся в органы сертификации, мы подтверждаем свое качество и считаем, что это - защита нашего потребителя. Да, согласно социсследованиям, 70% россиян следят за своим питанием, но - они, прежде всего, руководствуются рекламой. Около 50% ищут на упаковке значок сертификации - но из них только 20-25% "расшифровывают" то, что они видят. Сами себя защитить и выбрать из массы красиво упакованных товаров тот продукт, который безопасен, к сожалению, сейчас люди не могут. Таким заслоном, я считаю, является обязательная сертификация, та система, которая не постфактум изымает некачественный продукт, а предотвращает его изготовление. Пищевка - дело такое: одним литром молока можно 20 человек поместить в больницу. Но в этом случае в первую очередь придут с подозрениями к нам на предприятие, потому что мы - основные поставщики, и только в последнюю очередь будут проверять малый бизнес. Например, недавно была жалоба из Челнов, а это вообще оказалось не наше молоко, привозное, из Самары. Виноват всегда тот, кто известнее, кто на виду.

Альфинур ЛАТЫПОВА: - К сожалению, все думают, что и у молока (при наличии технического регламента) отменена обязательная сертификация, и в прессе об этом почему-то не говорят. Все это есть! Коль скоро новая система введена, надо делать выводы. И почему-то у наших товаропроизводителей, особенно малых, сегодня сложилось неверное представление - полная свобода, делай, что хочу. Реально нет такого! Есть обязательное декларирование соответствия, и здесь надежда на прессу.

Ольга КОЗЛОВА: - Проблема в том, что стали появляться подделки под нашу продукцию. Например, не так давно на казанском колхозном рынке продавалось арское фасованное сливочное масло под нашей торговой маркой. Значок сертификата там стоял. А у нас нет в Арске фасовочной линии, мы не фасуем там масло…

Любовь АРТАМОНОВА: - Никто не мешает недобросовестному производителю заказать в любой типографии подделку под сертификат. При этом знак соответствия у нас обезличенный. А с 2012-го у нас вообще будет единый знак на пять стран ЕврАЗЭС! Да, сертификация была введена как временная мера, чтобы мы и потребители изучили знак соответствия, привыкли к нему. Но дом новый построили, и мы переезжаем, порушив старый. Сертификация-то отменена, а технические регламенты, где нет ни слова о сертификации, а только о декларировании, примут, не примут - неизвестно. Давайте говорить о том, что есть на данный момент. Декларирование предусмотрено двух видов: одно - собственное доказательство изготовителя, второе - с использованием экспертизы независимой третьей стороны (например, аккредитованной лабораторией). Я не считаю вторую форму более жесткой, чем первая, когда он сам себя оправдывает. А вот, например, в проекте техрегламента на вино я видела, что добровольную сертификацию заменили на обязательную. Мол, если не хотят, пусть каждую партию тогда сертифицируют. Уверена, что это не пройдет в Госдуме…

Аида ЧЕРКАШИНА: - Уже не прошло.

Любовь АРТАМОНОВА: - Вот видите! А грамотных потребителей у нас - 20% и еще меньше, тех, которые могут обратиться куда-либо и доказывать. А из оставшихся 80% половина малоимущие, они только на цену и смотрят.

Наталья СУХОРУКОВА: - То есть на потребителя сегодня еще рано полагаться?

Любовь АРТАМОНОВА: - Я считаю, что на потребителя в контроле качества ставку делать рано. И хочу, в свою очередь, обратиться к вашим читателям. Вокруг отмены обязательной сертификации разразилась настоящая шумиха, паника. Но, во-первых, в постановлении, которым введен данный перечень, четко сказано: распространяется только на те из них, по которым нет пока технических регламентов, и этот перечень подлежит ежегодному пересмотру. Молоко, кисломолочная, масложировая продукция - на все это остается обязательная сертификация. Сейчас массово выходят технические регламенты, ждем регламент на алкоголь. Думаю, Аида Филосовна со мной согласится, что на алкоголь обязательную сертификацию надо оставить, потому что некачественный алкоголь - это страшно. Поэтому следует срочно развеять заблуждения в том, что более ничего не надо сертифицировать!

Марс ИСМАГИЛОВ: - Хотелось бы сделать одну ремарку по поводу ответственности производителей. Сегодня практикуется много способов введения потребителя в заблуждение. Есть франшизы, предприятия постоянно перерегистрируются. У меня 2 миллиона невзысканных штрафов - потому что не с кого взыскивать! Этих предприятий нет: они работают в том же магазине, под этой же маркой, только с другим наименованием фирмы или ЧП. Если я буду просить прокуратуру о согласовании проверок на основе жалобы потребителя, она нам откажет, поскольку Союз потребителей не является государственной организации.

Наталья СУХОРУКОВА: - Мы говорили о том, что малый бизнес испытывает огромные трудности с формированием пакета документов по сертификации и его согласованием. А ведь речь может идти о десятках номенклатурных позиций. Планируется ли работа по декларированию соответствия в электронном виде?

Елена ПОТАТУШИНА: - Пока нет.

Любовь АРТАМОНОВА: - Опять вы про трудности с сертификацией! А я только что сказала, что "хождение по мукам" предприниматели испытывают до сертификации, а не в ее процессе! И это не от органов сертификации зависит, это другие бюрократические структуры, о которых надо говорить отдельно.

Валерий ГОГИН: - Мы пробовали вводить сертификацию по принципу "одного окна". Два года мы это практиковали, но затем прекратили, поскольку особой эффективности "одному окну" существующие бюрократические препоны не придали.

Наталья СУХОРУКОВА: - И еще один вопрос. Периодически в нашем разговоре звучала фраза "недобросовестная конкуренция среди органов по сертификации". Не могли бы вы, Валерий Алексеевич, пояснить, о чем речь?

Валерий ГОГИН: - Мы имели в виду, что часто в том же интернете предлагаются на продажу любые сертификаты - по системе менеджмента качества - в течение трех дней. Особенно Москва этим страдает: все готовы сделать быстро за ваши деньги.

Любовь АРТАМОНОВА: - И пожарные сертификаты, и санитарные заключения…

Наталья СУХОРУКОВА: - А как на это смотрят правоохранительные органы?

АРТАМОНОВА: - Я скажу, как. Однажды в Москве иду по рынку, тут же милиция рядом, и тут же мужчины кавказской национальности идут и кричат: "Сертификаты-накладные-паспорта!" Я стала торговаться за один сертификат, спрашиваю: "Желтый?" Он смотрит с подозрением - мол, видно умная - засобирался. И я решила больше не играть в детектива, сказала, что передумала.

Валерий ГОГИН, подводя итоги "круглого стола" сказал, что защиту от недобросовестной конкуренции в сфере сертификации он видит в создании федеральной саморегулируемой организации (СРО) , а защиту потребителей в их информированности:

- Резюмируя встречу, отмечу, что тема нашего "круглого стола" - наболевшая, актуальная. Полагаю, что сегодня очень важно общественное образование потребителя. В настоящее время фраза о том, что спасение утопающего - дело рук самого утопающего, как никогда актуальна. Безграмотный потребитель, не умеющий прочитать того, что ему впаривают, не умеющий защитить свои права, будет страдать. Наши граждане воспитаны так, что жаловаться, тем более в суде, не приучены, но надо меняться.

Я полагаю, что с отменой обязательной сертификации мы еще раз наступаем на грабли, которые уже нас били по лбу. Наша задача - сделать так, чтобы добросовестный татарстанский производитель и потребитель страдал от этого меньше, и вести жесточайшую борьбу с недобросовестными товаропроизводителями на всех уровнях. Кроме того, сегодня особая роль отводится торговле: никто не мешает торгующей организации вносить в договора поставки любые требования, в том числе - о наличии сертификатов, аудита качества. Если торговля не воспользуется этим правом, она будет отвечать перед потребителем - в торговле пока еще этого не поняли. Поймут - в ближайшее время.