Расширенный поиск...
О сайте
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: 25.02.17 | Экономика
Главная » Экономика » Возможна ли экономически эффективная диктатура?

Возможна ли экономически эффективная диктатура?

Возможна ли экономически эффективная диктатура?
Дата: пїЅпїЅ 25 2017 пїЅпїЅпїЅпїЅ
Категория: Экономика

Автор: Андрей Мовчан

На сайте «Открытый университет»  опубликована статья известного экономиста Андрея Мовчана «Экономически успешная диктатура», рассматривающую особенности развития экономики стран, не соответствующих демократическим стандартам.


Любовь к Сингапуру в России в разных формах проявлялась уже давно, и печальное событие — смерть многолетнего диктатора Сингапура Ли Кван Ю — стало поводом активно выразить эту любовь в виде множества хвалебных статей, анализов «сингапурского чуда», прогнозов на будущее и осторожных комментариев относительно нынешних проблем этой уникальной страны.

Понять эту любовь несложно. С начала 1960-х годов Сингапур управлялся диктатором, который лишь в 1990-х отошел от власти, чтобы вскоре поставить на свое место сына. Тем не менее (и, как многим хочется верить, благодаря этому) за это время в стране произошла экономическая революция, вознесшая Сингапур в число стран с самым высоким подушевым ВВП в мире. России, население которой высоко ценит материальные блага и одновременно тяготеет к авторитарному стилю государственного управления, опыт Сингапура в каком-то смысле дает надежду на удачное совмещение того и другого. И, несомненно, российская правящая элита, которая высоко ценит свое положение, материальные блага для себя и лояльность населения, видит в образе Сингапура надежду на сочетание всех трех параметров.

Доллары вместо процентов

Классическая экономическая наука, на первый взгляд, не готова вынести вердикт о том, какие режимы в среднем создают более высокие темпы роста ВВП — диктаторские или демократические. Если в период с 1820-х до 1950-х годов между демократиями и диктатурами существовала очевидная разница (демократии увеличивали подушевой ВВП в среднем на 2% в год, а диктатуры — на 0,86%; данные приводятся по: Democracy Versus Dictatorship: The Influence of Political Regime on GDP Per Capita Growth. Miljenko: Antić), то с 1950 года эти показатели составляют 2,4% и 2% соответственно, сводя разницу к минимуму.

Однако обычные исследования страдают рядом формализаций, которые, хоть математически и абсолютно точные, с экономической точки зрения никак не могут отражать реальную картину и отвечать на вопрос, какие шансы имеет диктатура на экономический успех. Во-первых, использование показателя процентного роста ВВП существенно искажает реальность: качество экономики определяется абсолютными цифрами, а не процентами. Китай, растущий на 7% в год, значительно беднее США, растущих на 3%. Гораздо адекватнее будет картина, если мы заметим, что ВВП на человека в Китае растет на $450 в год, а в США — на $1600.

Во-вторых, в работах, как правило, использовались усредненные данные по всем экономикам определенного типа, поскольку предполагалось, что все они должны быть более или менее одинаковы. Однако если разброс между средними темпами роста ВВП в демократиях составляет 3–4 раза, то тот же разброс в авторитарных режимах может составлять и сотни раз. Диктатуры, управляемые твердыми руками небольшой группы лиц, оказывается, могут вести себя очень по-разному, демонстрируя результаты, которые просто нельзя описать едиными средними значениями. Более того, во второй половине ХХ века некоторым диктатурам повезло получить в свое распоряжение масштабные природные ресурсы, которые в течение 1970-х и 2000-х годов сильно выросли в цене и существенно улучшили показатели этих стран. Таким образом, для адекватного анализа нам придется выделить минимум три группы автократий: «обычные», обладающие ресурсами и «необычные».

Кроме того, большая часть исследований обходила страны, которые пережили за последние 50 лет как периоды диктатуры, так и периоды демократии. Но, оказывается, сравнение показателей таких стран в разные периоды может быть даже более значимым, чем сравнение разных стран с разными начальными условиями.

Ниже приведены результаты, рассчитанные на основании данных Angus Maddison и NYU. Из рассмотрения исключены совсем маленькие и архаичные государства, а также государства, чей ВВП тотально зависит от внешних факторов (например карибские офшоры или Бруней, живущий одной нефтью и газом). Под «демократией» понимался строй, при котором в стране существуют эффективная конкуренция элит и сменяемость власти, даже если в процесс реального выбора вовлечено не все население, — например, демократией считался период с 1991 по 2011 год в России, с 1994 года в Сингапуре и с 1982 года в Китае. Разумеется, граница между демократией и диктатурой довольно размыта, но, как будет видно из результатов, эта граница не так уж и важна — страны, испытавшие диктатуру, «отмечены печатью», даже если диктатура продолжалась недолго. Из рассматриваемых 130 стран за последние 55 лет 60 стран мира испытали периоды как диктатуры, так и демократии, и 26 стран оставались диктатурами в течение всего периода времени.

Интереснее всего выглядят результаты сравнения периодов демократии и диктатуры в 60 странах «смешанного типа». На диаграмме 1 каждая страна обозначена точкой с абсциссой (ось Х), равной разнице между средним ростом ВВП (в долларах 2005 года) в периоды демократии и в периоды диктатуры, и ординатой (ось Y), равной среднему росту ВВП этой страны за все 55 лет.

Диаграмма 1. Страны, пережившие за последние 55 лет периоды и демократии, и диктатуры

 

Источник: Republic

Выводы очень любопытны. Только 5 стран из 60 показывали более высокий рост ВВП во время диктатуры, чем при демократии. Это Лаос, Алжир, Тунис, Парагвай и Венесуэла, которую стоит отбросить хотя бы потому, что мы точно знаем причину перекоса — огромные нефтяные доходы, и хорошо видим, что происходит в Венесуэле сегодня, когда цена на нефть упала. Наверняка феномену остальных есть индивидуальные объяснения, но нас больше интересует, что все эти страны росли в среднем медленнее $72 в год. Выше $72 мы не встретим ни одной такой страны — 100% стран будут лучше расти в демократические периоды. Даже Сингапур, росший в среднем на $837 в год при Ли Кван Ю, стал расти на $1078 после относительной либерализации. «Условные демократии», как в Китае и России, лучше диктатур, но сильно проигрывают демократиям реальным. В том же Китае средний рост ВВП с 1982 года по сегодняшний день (то есть с начала реформ Дэн Сяопина) составляет, конечно, много больше, чем $14 на человека в год, как до 1982 года, но всего лишь $174. Средний рост ВВП Тайваня за то же время — $479, Гонконга — $764, Японии — $569. Похоже, что диктатура может быть лучше демократии только в очень бедных и очень «медленных» странах, и то крайне редко.

На примере большинства стран интересно наблюдать, как диктатура разрушает рост ВВП, а демократия его создает. На диаграмме 2 представлен пример Южной Африки. До 1994 года (период апартеида) рост подушевого ВВП замедляется, в момент смены формации он проваливается еще ниже и начинает расти после перехода к демократии. Что бы мы ни говорили про разгул преступности, нежелание местного населения работать, былую аккуратность и трудолюбие буров, подушевой ВВП ЮАР растет при демократии быстрее, чем во времена апартеида.

Диаграмма 2. Рост подушевого ВВП ЮАР в долларах

 

Источник: Republic 

Наконец, как соотносятся показатели роста ВВП на человека в долларах у «убежденных диктатур» с показателями других стран? На диаграмме 3 представлен средний рост ВВП за 55 лет в этих странах в сравнении с некоторыми демократиями.

Диаграмма 3. Средний рост подушевого ВВП в странах, где диктатура сохранялась весь период 1950–2005 годов, в сравнении с демократиями

 

Источник: ERS International Macroeconomic Data Set / Republic

Как видно, только одна страна, Казахстан (кроме Саудовской Аравии и Омана, двух нефтедобывающих диктатур), показывает результат выше среднемирового. Но даже этот уровень в два раза ниже показателя Португалии — бедной демократической страны, вышедшей из диктатуры 40 лет назад. Даже из стран, в которых диктатуры сменялись демократиями, догнать или обогнать Португалию сумели лишь 4 страны. Две из них — небольшие европейские страны (Чехия и Словения), получившие массированную помощь ЕС, две другие — Сингапур с Южной Кореей.

Судя по истории, если вы строите в своей стране диктатуру при росте экономики более чем в $72 на человека в год, у вас нет шансов улучшить ситуацию по сравнению с демократическим вариантом. Более того, если вы выбираете диктатуру даже на какое-то время, у вас будет только три шанса из 86 (около 3,5%), что в течение 55 лет рост ВВП вашей страны будет не ниже, чем у страны типа Португалии (если считать его в долларах).

Факторы успеха диктатур

Значит ли это, что диктатура не может быть экономически успешной? Конечно нет. Сингапур и Южная Корея — примеры стран, в которых диктатуры привели к быстрому росту ВВП (но мы не знаем, не был ли бы он еще более значительным, если бы в этих странах изначально появились демократии). Бразилия — пример страны, в которой рост ВВП в демократические периоды был лишь чуть выше, чем в периоды авторитарные. Но мы знаем, что шансы на успех незначительны. Возможно, они совпадают с шансом на то, что захвативший власть диктатор будет умным человеком, способным и желающим проводить прогрессивную экономическую политику.

Но если мы все же хотим рискнуть, нам стоит обратить внимание на общие черты политики успешных диктаторов, тем более что они бросаются в глаза при изучении «случаев успеха» (и в деталях описаны, например, в работах Якова Миркина).

Явную роль в успехе играет опора на британско-американскую систему права: Сингапур буквально использовал британское право; Южная Корея заимствовала большую часть американского права в области хозяйственных и административных отношений. Для всех успешных диктатур общим правилом является приглашение во власть выпускников британских и американских вузов, стимулирование получения западного образования элитой. Можно говорить и шире: все более или менее успешные диктатуры имели своего рода долгосрочный контракт с условным Западом, включавший в себя масштабные инвестиции, открытые рынки для западных корпораций, двусторонние торговые преференции и прочее.

В том же ряду стоит активное привлечение иностранного капитала. Существенно отличает все исследуемые страны быстро растущая монетизация экономики и объем кредитов: в Сингапуре соотношение М2 к ВВП при Ли Кван Ю превышало 92%, в Южной Корее при Чон Ду Хване — 81% (сейчас соответственно 132% и 141%); отношение кредитов к ВВП в Сингапуре доходило до 63% (сейчас 84%), в Южной Корее — 58% (сейчас 103%). В Сингапуре шла реальная и довольно успешная борьба с коррупцией; в Южной Корее, Бразилии и ряде других относительно успешных диктатур такая борьба либо не шла, либо не увенчалась значительными успехами, так что говорить о ней как о необходимом условии, скорее всего, нельзя. Зато во всех успешных диктатурах было дешевое правительство — до 10–12% ВВП. Наконец, везде особое внимание уделялось льготному налогообложению.

Россия сегодня сильно отличается от успешных диктатур по всем указанным показателям. Существенные отличия включают принципиально другую систему права и низкую эффективность правоприменения, напряженные отношения с Западом, приводящие к принципиально более низкому уровню инвестиций и остановке технологического сотрудничества, низкой доле выпускников лучших университетов в правительстве и других органах власти. Монетизация российской экономики (М2/ВВП) составляет 43,1%, отношение кредита к ВВП ниже 43%; российское правительство стоит более 18% ВВП, притом что в России одна из самых высоких эффективных налоговых нагрузок в мире.

Если мы в России действительно хотим испытать свои шансы, нам нужно многое менять прямо сейчас. Есть 3,5%-ная вероятность, что опыт Ли Кван Ю нам поможет. Правда, с вероятностью 96,5% демократизация сработала бы лучше.

Источник.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ:

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ:

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ*:
   
пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ
40731
25.02.1711:06:00
Экономика
Андрей Мовчан
http://www.e-vid.ru/index-m-192-p-63-article-40731.htm
http://www.e-vid.ru/images/uploaded/file_61_7275.jpg
Возможна ли экономически эффективная диктатура?
На сайте «Открытый университет»  опубликована статья известного экономиста Андрея Мовчана «Экономически успешная диктатура», рассматривающую особенности развития экономики стран, не соответствующих демократическим стандартам.

На сайте «Открытый университет»  опубликована статья известного экономиста Андрея Мовчана «Экономически успешная диктатура», рассматривающую особенности развития экономики стран, не соответствующих демократическим стандартам.


Любовь к Сингапуру в России в разных формах проявлялась уже давно, и печальное событие — смерть многолетнего диктатора Сингапура Ли Кван Ю — стало поводом активно выразить эту любовь в виде множества хвалебных статей, анализов «сингапурского чуда», прогнозов на будущее и осторожных комментариев относительно нынешних проблем этой уникальной страны.

Понять эту любовь несложно. С начала 1960-х годов Сингапур управлялся диктатором, который лишь в 1990-х отошел от власти, чтобы вскоре поставить на свое место сына. Тем не менее (и, как многим хочется верить, благодаря этому) за это время в стране произошла экономическая революция, вознесшая Сингапур в число стран с самым высоким подушевым ВВП в мире. России, население которой высоко ценит материальные блага и одновременно тяготеет к авторитарному стилю государственного управления, опыт Сингапура в каком-то смысле дает надежду на удачное совмещение того и другого. И, несомненно, российская правящая элита, которая высоко ценит свое положение, материальные блага для себя и лояльность населения, видит в образе Сингапура надежду на сочетание всех трех параметров.

Доллары вместо процентов

Классическая экономическая наука, на первый взгляд, не готова вынести вердикт о том, какие режимы в среднем создают более высокие темпы роста ВВП — диктаторские или демократические. Если в период с 1820-х до 1950-х годов между демократиями и диктатурами существовала очевидная разница (демократии увеличивали подушевой ВВП в среднем на 2% в год, а диктатуры — на 0,86%; данные приводятся по: Democracy Versus Dictatorship: The Influence of Political Regime on GDP Per Capita Growth. Miljenko: Antić), то с 1950 года эти показатели составляют 2,4% и 2% соответственно, сводя разницу к минимуму.

Однако обычные исследования страдают рядом формализаций, которые, хоть математически и абсолютно точные, с экономической точки зрения никак не могут отражать реальную картину и отвечать на вопрос, какие шансы имеет диктатура на экономический успех. Во-первых, использование показателя процентного роста ВВП существенно искажает реальность: качество экономики определяется абсолютными цифрами, а не процентами. Китай, растущий на 7% в год, значительно беднее США, растущих на 3%. Гораздо адекватнее будет картина, если мы заметим, что ВВП на человека в Китае растет на $450 в год, а в США — на $1600.

Во-вторых, в работах, как правило, использовались усредненные данные по всем экономикам определенного типа, поскольку предполагалось, что все они должны быть более или менее одинаковы. Однако если разброс между средними темпами роста ВВП в демократиях составляет 3–4 раза, то тот же разброс в авторитарных режимах может составлять и сотни раз. Диктатуры, управляемые твердыми руками небольшой группы лиц, оказывается, могут вести себя очень по-разному, демонстрируя результаты, которые просто нельзя описать едиными средними значениями. Более того, во второй половине ХХ века некоторым диктатурам повезло получить в свое распоряжение масштабные природные ресурсы, которые в течение 1970-х и 2000-х годов сильно выросли в цене и существенно улучшили показатели этих стран. Таким образом, для адекватного анализа нам придется выделить минимум три группы автократий: «обычные», обладающие ресурсами и «необычные».

Кроме того, большая часть исследований обходила страны, которые пережили за последние 50 лет как периоды диктатуры, так и периоды демократии. Но, оказывается, сравнение показателей таких стран в разные периоды может быть даже более значимым, чем сравнение разных стран с разными начальными условиями.

Ниже приведены результаты, рассчитанные на основании данных Angus Maddison и NYU. Из рассмотрения исключены совсем маленькие и архаичные государства, а также государства, чей ВВП тотально зависит от внешних факторов (например карибские офшоры или Бруней, живущий одной нефтью и газом). Под «демократией» понимался строй, при котором в стране существуют эффективная конкуренция элит и сменяемость власти, даже если в процесс реального выбора вовлечено не все население, — например, демократией считался период с 1991 по 2011 год в России, с 1994 года в Сингапуре и с 1982 года в Китае. Разумеется, граница между демократией и диктатурой довольно размыта, но, как будет видно из результатов, эта граница не так уж и важна — страны, испытавшие диктатуру, «отмечены печатью», даже если диктатура продолжалась недолго. Из рассматриваемых 130 стран за последние 55 лет 60 стран мира испытали периоды как диктатуры, так и демократии, и 26 стран оставались диктатурами в течение всего периода времени.

Интереснее всего выглядят результаты сравнения периодов демократии и диктатуры в 60 странах «смешанного типа». На диаграмме 1 каждая страна обозначена точкой с абсциссой (ось Х), равной разнице между средним ростом ВВП (в долларах 2005 года) в периоды демократии и в периоды диктатуры, и ординатой (ось Y), равной среднему росту ВВП этой страны за все 55 лет.

Диаграмма 1. Страны, пережившие за последние 55 лет периоды и демократии, и диктатуры

 

Источник: Republic

Выводы очень любопытны. Только 5 стран из 60 показывали более высокий рост ВВП во время диктатуры, чем при демократии. Это Лаос, Алжир, Тунис, Парагвай и Венесуэла, которую стоит отбросить хотя бы потому, что мы точно знаем причину перекоса — огромные нефтяные доходы, и хорошо видим, что происходит в Венесуэле сегодня, когда цена на нефть упала. Наверняка феномену остальных есть индивидуальные объяснения, но нас больше интересует, что все эти страны росли в среднем медленнее $72 в год. Выше $72 мы не встретим ни одной такой страны — 100% стран будут лучше расти в демократические периоды. Даже Сингапур, росший в среднем на $837 в год при Ли Кван Ю, стал расти на $1078 после относительной либерализации. «Условные демократии», как в Китае и России, лучше диктатур, но сильно проигрывают демократиям реальным. В том же Китае средний рост ВВП с 1982 года по сегодняшний день (то есть с начала реформ Дэн Сяопина) составляет, конечно, много больше, чем $14 на человека в год, как до 1982 года, но всего лишь $174. Средний рост ВВП Тайваня за то же время — $479, Гонконга — $764, Японии — $569. Похоже, что диктатура может быть лучше демократии только в очень бедных и очень «медленных» странах, и то крайне редко.

На примере большинства стран интересно наблюдать, как диктатура разрушает рост ВВП, а демократия его создает. На диаграмме 2 представлен пример Южной Африки. До 1994 года (период апартеида) рост подушевого ВВП замедляется, в момент смены формации он проваливается еще ниже и начинает расти после перехода к демократии. Что бы мы ни говорили про разгул преступности, нежелание местного населения работать, былую аккуратность и трудолюбие буров, подушевой ВВП ЮАР растет при демократии быстрее, чем во времена апартеида.

Диаграмма 2. Рост подушевого ВВП ЮАР в долларах

 

Источник: Republic 

Наконец, как соотносятся показатели роста ВВП на человека в долларах у «убежденных диктатур» с показателями других стран? На диаграмме 3 представлен средний рост ВВП за 55 лет в этих странах в сравнении с некоторыми демократиями.

Диаграмма 3. Средний рост подушевого ВВП в странах, где диктатура сохранялась весь период 1950–2005 годов, в сравнении с демократиями

 

Источник: ERS International Macroeconomic Data Set / Republic

Как видно, только одна страна, Казахстан (кроме Саудовской Аравии и Омана, двух нефтедобывающих диктатур), показывает результат выше среднемирового. Но даже этот уровень в два раза ниже показателя Португалии — бедной демократической страны, вышедшей из диктатуры 40 лет назад. Даже из стран, в которых диктатуры сменялись демократиями, догнать или обогнать Португалию сумели лишь 4 страны. Две из них — небольшие европейские страны (Чехия и Словения), получившие массированную помощь ЕС, две другие — Сингапур с Южной Кореей.

Судя по истории, если вы строите в своей стране диктатуру при росте экономики более чем в $72 на человека в год, у вас нет шансов улучшить ситуацию по сравнению с демократическим вариантом. Более того, если вы выбираете диктатуру даже на какое-то время, у вас будет только три шанса из 86 (около 3,5%), что в течение 55 лет рост ВВП вашей страны будет не ниже, чем у страны типа Португалии (если считать его в долларах).

Факторы успеха диктатур

Значит ли это, что диктатура не может быть экономически успешной? Конечно нет. Сингапур и Южная Корея — примеры стран, в которых диктатуры привели к быстрому росту ВВП (но мы не знаем, не был ли бы он еще более значительным, если бы в этих странах изначально появились демократии). Бразилия — пример страны, в которой рост ВВП в демократические периоды был лишь чуть выше, чем в периоды авторитарные. Но мы знаем, что шансы на успех незначительны. Возможно, они совпадают с шансом на то, что захвативший власть диктатор будет умным человеком, способным и желающим проводить прогрессивную экономическую политику.

Но если мы все же хотим рискнуть, нам стоит обратить внимание на общие черты политики успешных диктаторов, тем более что они бросаются в глаза при изучении «случаев успеха» (и в деталях описаны, например, в работах Якова Миркина).

Явную роль в успехе играет опора на британско-американскую систему права: Сингапур буквально использовал британское право; Южная Корея заимствовала большую часть американского права в области хозяйственных и административных отношений. Для всех успешных диктатур общим правилом является приглашение во власть выпускников британских и американских вузов, стимулирование получения западного образования элитой. Можно говорить и шире: все более или менее успешные диктатуры имели своего рода долгосрочный контракт с условным Западом, включавший в себя масштабные инвестиции, открытые рынки для западных корпораций, двусторонние торговые преференции и прочее.

В том же ряду стоит активное привлечение иностранного капитала. Существенно отличает все исследуемые страны быстро растущая монетизация экономики и объем кредитов: в Сингапуре соотношение М2 к ВВП при Ли Кван Ю превышало 92%, в Южной Корее при Чон Ду Хване — 81% (сейчас соответственно 132% и 141%); отношение кредитов к ВВП в Сингапуре доходило до 63% (сейчас 84%), в Южной Корее — 58% (сейчас 103%). В Сингапуре шла реальная и довольно успешная борьба с коррупцией; в Южной Корее, Бразилии и ряде других относительно успешных диктатур такая борьба либо не шла, либо не увенчалась значительными успехами, так что говорить о ней как о необходимом условии, скорее всего, нельзя. Зато во всех успешных диктатурах было дешевое правительство — до 10–12% ВВП. Наконец, везде особое внимание уделялось льготному налогообложению.

Россия сегодня сильно отличается от успешных диктатур по всем указанным показателям. Существенные отличия включают принципиально другую систему права и низкую эффективность правоприменения, напряженные отношения с Западом, приводящие к принципиально более низкому уровню инвестиций и остановке технологического сотрудничества, низкой доле выпускников лучших университетов в правительстве и других органах власти. Монетизация российской экономики (М2/ВВП) составляет 43,1%, отношение кредита к ВВП ниже 43%; российское правительство стоит более 18% ВВП, притом что в России одна из самых высоких эффективных налоговых нагрузок в мире.

Если мы в России действительно хотим испытать свои шансы, нам нужно многое менять прямо сейчас. Есть 3,5%-ная вероятность, что опыт Ли Кван Ю нам поможет. Правда, с вероятностью 96,5% демократизация сработала бы лучше.

Источник.

description: 'На сайте «Открытый университет»  опубликована статья известного экономиста Андрея Мовчана «Экономически успешная диктатура», рассматривающую особенности развития экономики стран, не соответствующих демократическим стандартам.',

Авторизация
Введите логин/пароль!
 
Вы ввели неверную пару логин/пароль!
 
Вы не подтвердили регистрацию. Выслать подтверждение повторно
 
Повторное подтверждение выслано на E-mail
 
Логин:
Пароль:
   Запомнить   
  Регистрация | 
    Электронная подписка
Новости on-line
Английский суд обязал Украину выплатить «Татнефти» $144 млн
от 22.08.2017 18:04
Японская сеть «одежды для жизни» откроет магазин в Казани
от 09.08.2017 12:42
В Татарстане думают использовать дорожный битум с острова Тринидад
от 13.07.2017 13:23
Жильцы могут возмещать моральный вред за некачественные коммунальные услуги
от 13.06.2017 12:54
все новости
Архив выпусков
«    Декабрь, 2017  →  »
    123
467910
1112151617
18192021222324
25262728293031
Пн ВтСрЧт ПтСбВс
Peклaмa
Главная | Политика | Экономика | Бизнес | Финансы | Закон и право | Общество | Культура | ТВ и кино | Спорт | Техно | Авто | Форум | Статьи | Полезно
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅRSS