Доллар подсматривает
16.04.2021 Политика

Байда какая-то…

Фото
Shutterstock

Мир точно стал каким-то ненастоящим: президент США предлагает президенту России выйти и поговорить (в какой-то третьей стране) и следом вводит новые санкции против РФ, но они, на поверку, оказываются примерно такими же «эффективными», как и прежние, он пишет конгрессу, что вводит в США режим чрезвычайного положения, но выясняется, что таких интересных положений в Штатах уже более 30, этим и Трамп баловался, затем Байден выступает перед своими законодателями с пятиминутной речью, умудряется назвать Путина Клутиным, а эскалацию вакцинацией, но главное – говорит, что Россия великая страна и всем нужен мир… Нет, это точно не по-русски, где «гулять – так гулять, стрелять – так стрелять». Но, может, лучше так всё же?

О ЧП в США

В большинстве современных государств правовое понятие режима «чрезвычайное положение» четко прописано специальными статьями конституций и специальными законами, где содержится ясный механизм введения этого режима, и твердо прописано, кто и по каким основаниям может этот механизм включать. США — это исключение, в котором специального отдельного общего закона о ЧП нет.

Согласно ресурсу USA One базовым правовым документом для введения чрезвычайного положения формально является National Emergencies Act 1976 года. Этот закон дает президенту полномочия объявлять Чрезвычайную декларацию. Однако ЧП в США — это не готовая модель, единая правовая система для экстренных ситуаций, а как бы отдельная конституция на случай потрясений.

В США режим ЧП определяется каждый раз конкретно по каждой экстренной ситуации. Президент в праве объявить о своих конкретных чрезвычайных полномочиях в конкретной сфере и закрепить их в декларации. После этого Конгресс каждые 6 месяцев заслушивает информацию президента о событиях в этой сфере, о государственных затратах и либо прекращает чрезвычайные полномочия хозяина Белого дома, либо принимает однажды закон, регулирующий эту сферу жизни на постоянной основе. Часто Конгресс «забывает» не то что принять новый закон, но и заслушивать президента каждые полгода.

По подсчетам СМИ,  к четвергу в США действовали уже 33 подобных «режима», последний был введен в феврале после военного переворота в Мьянме и позволил вводить санкции против виновников тех событий.  Всего же за десятилетия накопилась уйма такого рода деклараций  проистекающих из них режимов – принимали, но забывали отменить. Например, со времён Трампа у президента есть чрезвычайные полномочия в части госзаказа, экспорта сельхозпродукции — всего 123 маленьких «чрезвычайных» положения в американском правовом поле насчитал Центр юстиции Бреннана Нью-Йоркского университета.

О примирительной речи после введения санкций

Джо Байден в четверг вечером выступил с речью о санкциях против России, о разговоре и будущей встрече с Владимиром Путиным. Интонацию можно назвать примирительной: он заявил о необходимости диалога с Россией и деэскалации, отметив, что для этого США ввели против России относительно мягкие санкции, пишет The Bell, отмечая, что отравление, заключение и дальнейшую судьбу Алексея Навального Байден не упомянул.

Речь Байдена была короткой — пять с половиной минут. Вот её полный текст в переводе Страна.ua.

«Россияне, как и американский народ, все-таки хотят жить мирно в будущем.

Во время моей избирательной кампании я однозначно говорил: если меня выберут президентом, я буду отвечать на любые попытки вмешаться в наши выборы. Это святое, никто не может вмешиваться в наш избирательный процесс безнаказанно.

Во время переходного периода было вмешательство со стороны компании Solar Wind. В январе, когда я принес присягу, я сказал, что мы проведем оценку этого.

Мы уже говорили [c Путиным] на этой неделе. И я говорил, что мы будем отвечать пропорционально. Потому что мы сделали вывод, что Россия вмешивалась в выборы. И мы знаем, что это будет наказание.

Я также разрешил внедрять новые меры, включая санкции. Я абсолютно ясно сказал Путину, что мы могли пойти и дальше, но мы решили действовать пропорционально, что не будем начинать новый цикл эскалации.

Мы хотим, чтобы у нас с Россией были хорошие предсказуемые отношения. Но если Россия будет подрывать нашу демократию, будут следующие шаги в ответ.

Как президент США я имею право это делать. Но сейчас, в период конкурентности, мы справлялись с напряженностью, не давали ей выйти из-под контроля.

Мы знаем, что Россия и США могут работать вместе. Мы быстро продлили СНВ-3. Это в интересах США, России и мира.

Я говорил Путину, что нам надо общаться непосредственно. Это даст возможность сделать наши отношения более действенными. Путин согласился с этим.

Я сказал, что летом нам надо встретиться в Европе, чтобы рассмотреть целый ряд вопросов, которые стоят перед нашими странами. Наши команды как раз обсуждают это сейчас.

После этого саммита мы могли бы начать диалог о стратегической стабильности, заниматься безопасностью и контролем за вооружениями. Мы должны решать вопросы, которые являются критическими вызовами. Это и ядерная угроза из Ирана и Северной Кореи, распростершие пандемии, последствия климатических изменений.

Я также сказал президенту Путину о том, что Соединенные Штаты непоколебимы в нашей поддержке наших союзников в Европе.

Я выразил озабоченность по поводу того, что на границе с Украиной все-таки Россия наращивает вооруженные силы, по поводу аннексии Крыма. Также я сказал, что нас беспокоят вопросы территориальные целостности Украины. Я сказал, что мы против вооруженных действий, и надо деэскалировать эту ситуацию. И США готовы дальше действовать конструктивно, чтобы следовать этому процессу.

В интересах США работать с Россией. Мы должны это делать и мы будем это делать. И если Россия будет нарушать интересы Штатов, мы будет защищать. Мы всегда защищает свою страну, своих граждан, своих союзников.

"Северный поток - 2" - это сложный вопрос, который оказывает воздействие на наших союзников в Европе. Я изначально был против "Северного потока - 2". Но этот вопрос остается открытым».

О новых санкциях

После объявления о новых санкциях США, в число которых вошли ограничения на покупку ОФЗ, рубль не только не обвалился, но и отыграл утреннее падение. The Bell спросил экономистов, почему так происходит и долго ли это продлится.

Станислав Мурашов, макроаналитик Райффайзенбанка:

Для финансового рынка известие о санкциях против ОФЗ не стало неожиданностью. Можно предположить, что большинство нерезидентов, кто хотел продать свои активы в ОФЗ, уже продали значительную их часть за март-апрель и за предыдущие месяцы. В котировках рубля и ОФЗ ожидания санкций уже были учтены практически полностью и длительное время формировали серьезные трения в рубле. Относительная слабость российской валюты повлияла на экономику в какой-то степени, хотя не так сильно.

На фоне нынешнего решения никаких особых изменений ни в экономике, ни на финансовом рынке мы, скорее всего, больше не увидим. Эффект на реальный сектор тоже будет ограничен — например, в этом году бюджет особо не нуждается в заимствованиях. Минфину санкции не грозят так существенно, как могли бы в прошлом году, когда финансирование дефицита осуществлялось за счет госзаимствований.

В 20-х числах марта рубль уже торговался на уровне 77 за доллар, единственный перерыв произошел во вторник после телефонных переговоров между Байденом и Путиным. То, что российская валюта вернулась к этому диапазону, связано с трениями, которые сформировались на ожиданиях санкций. Сейчас дополнительного негатива мы не видим — видимо, вопрос о санкциях был решенным для участников рынка.

Единственное возможное последствие — это то, что рубль без санкций мог бы быть крепче. С тех пор, когда цены на нефть отскочили выше $60, а рубль остался там, где он есть (еще осенью прошлого года), эффект от санкций сохраняется. Сейчас мало что изменится: дополнительного негатива по сравнению с тем, что было, уже нет. Эффект санкций на ОФЗ составляет приблизительно 10 рублей в котировках. При текущих ценах на нефть курс должен составлять 65 рублей за доллар. Текущая разница — премия за санкции.

Наталия Орлова,  главный экономист Альфа-банка:

Запрет на инвестиции в ОФЗ только на первичных аукционах выглядит даже мягче, чем рассматривавшийся рынком и без того оптимистичный сценарий санкций против новых выпусков госдолга [как на первичном, так и на вторичном рынках]. Санкции не запрещают нерезидентам инвестиции в ОФЗ на вторичном рынке. Поэтому реакция инвесторов оказалась положительной. Но это может быть своего рода первым предупреждением — в будущем возможны [полноценные] санкции на новые выпуски или на весь долг. Такое развитие событий исключать нельзя.

Само по себе ограничение не является для рынка опасным. Оно достаточно безболезненное. Но если это первый шаг на пути реализации более всеобъемлющей санкционной повестки, то это еще не учтено в цене рынка: у нерезидентов по-прежнему портфель ОФЗ на 3 трлн рублей. Одна из угроз — если потенциально открывается сценарий санкций на уже размещенные ОФЗ: это означает отток этого капитала ($40 млрд) в короткий срок. Такой сценарий вообще не заложен в цены рынка.

Для населения важных вопросов два: 1) каким будет курс и 2) какой будет реакция процентных ставок. Российский рынок заточен на мягкий сценарий (либо персональные санкции, либо экономические, но безболезненные) в предположении, что США не захотят закрывать возможность диалога с российским руководством. Тогда речь идет только о волатильности курса, а не о траекторном ослаблении. И хотя ЦБ должен отреагировать более агрессивным повышением ставки, оно тоже не будет принципиальным . То есть это все движение курса и ставки в пределах тех уровней, которые мы уже видели: по курсу — в пределах 80, по ставке — 5–5,5% на конец года. Но если объявленные санкции — только начало всеобъемлющих ограничений, то мы увидим дополнительное ослабление курса. ЦБ будет вынужден дополнительно повышать ставку сверх ожиданий рынка. Для россиян это означает, что кредиты будут дороже и инфляция выше.

Марсель Салихов, директор Центра экономической экспертизы Института государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ:

Введение запрета для американских компаний на покупку ОФЗ на первичном рынке ожидалось уже достаточное время и по большей части было учтено в ценах. Я не думаю, что будет какое-то серьезное дополнительное падение курса и рост ставок ОФЗ после фактического введения запретов.

Россияне уже ощущают введение санкций в последние годы в виде более низкого курса рубля и более высоких процентных ставок. Финансовые санкции и риски их усиления означают дополнительную премию за риск вложений в рублевые активы. Само по себе то, что российский финансовый рынок продолжает функционировать, даже при введении новых санкций не означает, что они не оказывают никакого эффекта.

Официальные планы Минфина предполагают заимствования в размере 2,9 трлн рублей на 2021 год, в том числе около 1 трлн рублей во втором квартале. За первый квартал валовое размещение составило 740 млрд рублей, что было довольно близко к плану в 1 трлн рублей (тоже на первый квартал).

Я не думаю, что эти санкции каким-то кардинальным образом усложнят выпуск ОФЗ для Минфина. Скорее всего, премия при размещении на первичном рынке увеличится — это будет означать дополнительные расходы на выплату процентов. Но в целом иностранцы не являются крупными покупателями на первичном рынке. Более того, дополнительные меры со стороны ЦБ в части учета ОФЗ на балансе банков и получения рефинансирования могут расширить спрос на ОФЗ со стороны крупных российских банков.

Доля инвесторов в ОФЗ была максимальной в марте прошлого года, на уровне 34–35%. Сейчас она составляет около 20%. Но надо понимать, что в абсолютном выражении вложения иностранцев в ОФЗ в последние месяцы оставались на уровне 3,0–3,2 трлн рублей. Снижение доли происходило за счет массового выпуска новых ОФЗ со стороны Минфина, при этом иностранцы не увеличивали свои вложения, а основной объем госбумаг на первичном рынке выкупают госбанки. Доля иностранцев в первичных выпусках составляла около 10% или меньше.

Софья Донец,  главный экономист «Ренессанс Капитала»:

Мы получили довольно легкую версию санкций, хотя звучит вроде бы страшно: «санкции на рынок госдолга». На самом деле это в действительности более косметическое ограничение. Оно касается только американских банков. Санкции в итоге оказались не скоординированы с ЕС. Кроме того, ограничение затрагивает только покупки при первичном размещении, то есть это никак не ограничивает владение уже имеющимися портфелями ОФЗ и даже не ограничивает возможность покупки ОФЗ в дальнейшем, но только на вторичном рынке. Учитывая, что европейские участники, например, никак не ограничены по размещению на первичном рынке, при большом желании иностранные инвесторы смогут купить новый долг.

Таким образом, санкции довольно легкие. На них рынок отреагировал с некоторым облегчением. И индексы ОФЗ подросли немного относительно утра, и рубль укрепился относительно пройденного в середине дня пика почти на рубль (77,3 до 76,4 сейчас). Какие-то триггеры уже отработаны: то, что мы ожидали по вмешательству в выборы и по хакерским атакам. Это значит, что меньше триггеров остается в запасе, хотя неопределенность, связанная с эскалацией на границе Украины, сохраняется, что будет ограничивать возможность для снижения доходности или укрепления рубля на ближайшие недели как минимум.

С другой стороны, в рубле мы до сих пор видим потенциал укрепления. Рынок в значительной мере внес в текущие котировки не только те санкции, которые были объявлены сегодня, но и в определенной степени вероятность более жестких санкций на рынок госдолга. Если в дальнейшем нас ждут более значимые санкции, это может быть 74 к доллару во второй половине этого года, а если не увидим дальнейших каких-то существенных санкций в дополнение к сегодняшним — 69 к доллару во второй половине года при сохранении цен на нефть на текущем уровне.

Анастасия Лихачева, директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ:

Последний пакет, введенный американской администрацией, не несет прямого и глубокого эффекта для российской экономики. Ограничение на приобретение долга является продолжением пакета санкций 2019 года, соответственно, именно американские компании и резиденты не могут его приобретать. Другое дело, что российские ОФЗ в целом не пользовались повышенным спросом последнее время. Но это проблема не только российских ОФЗ, а вообще emerging markets, где наблюдается отток инвестиций. То есть низкий спрос крайне мало связан с санкционными эффектами: это общая характеристика экономики, рост инфляции, эффект COVID и др. Поэтому вопрос привлекательности нашего госдолга для инвесторов — это прежде всего вопрос внутрироссийской стратегии экономического развития, а не конкретного наполнения санкционного пакета.

Что касается санкций, они носят не только носят символический характер (высылка дипломатов), но и ограничивают деятельность компаний. Особенно это касается тех компаний, которые ярко представлены на рынке IT-безопасности, потому что это означает, что не только те компании, которые были их клиентами, могут столкнуться с проблемами, но и клиенты их клиентов. Если говорить о компаниях, для которых в приоритете работа на российском рынке и которые стремятся выстраивать отношения, например, с китайскими, иранскими партнерами, это символический жест — усложняет жизнь, расчеты в долларах, но не является очень большой проблемой.

В целом принятый пакет нельзя считать теми санкциями Судного дня или «адским» пакетом, from Hell, о чем столько говорили. Другое дело, что тайминг этих санкций — после приглашения на саммит — подчеркивает невозможность какого-то решения российско-американского вопроса в обозримом будущем без радикальных шагов с той или иной стороны, готовность к чему пока не наблюдается ни в Вашингтоне, ни в Москве.

 

Байден против Силуанова: создадут ли санкции финансовые трудности для правительства

Санкции США против российского госдолга оказались мягче ожиданий, но Минфин все же заявил, что может приостановить новые размещения, за счет которых планировалось покрывать дефицит российского бюджета в 2021 году. Мы разобрались, могут ли ограничения для ОФЗ создать для правительства финансовые трудности.

Что случилось

Ограничения в отношении российского госдолга — потенциально самое серьезное оружие Белого дома против России, если не брать совсем радикальные меры вроде отключения SWIFT. Но объявленные в четверг санкции оказались минимально возможными.

  • Исполнительный указ Джо Байдена запрещает американским инвесторам участвовать только в первичных аукционах по размещению новых выпусков российских рублевых гособлигаций (ОФЗ). Это самая мягкая из теоретически возможных санкций против российского госдолга.
  • Самой жесткой мерой был бы запрет на покупку всех (и новых, уже обращающихся) выпусков ОФЗ на вторичном рынке. В таком случае иностранным инвесторам пришлось бы продавать все российские гособлигации, которые у них сейчас есть на руках, — а это портфель на 3 трлн рублей ($40 млрд). Такое бегство капитала в краткие сроки неминуемо обрушило бы рубль и российский рынок.
  • Менее жесткими были бы последствия полного запрета на покупку ОФЗ новых выпусков (этот вариант рынок рассматривал как вполне вероятный). В этом случае круг покупателей новых российских гособлигаций был бы фактически ограничен российскими инвесторами.
  • Но Белый дом не пошел и на это. Введенные в четверг санкции запрещают американским инвесторам только участвовать в самих первичных аукционах — но ничто не мешает им немедленно после размещения ОФЗ перекупить бумагу у первого покупателя (скорее всего, российского госбанка).

Насколько это страшно

Иностранцев на российском рынке ОФЗ осталось не так уж много. По данным ЦБ, сейчас их доля составляет 19,7% от всего объема в обращении. В первичных размещениях марта она снизилась до 9,6%, хотя в абсолютном выражении объем их покупок даже немного увеличился, говорится в обзоре ЦБ. 

image-20210416124356-1

В абсолютном выражении инвестиции иностранцев в последние месяцы оставались на уровне 3,0-3,2 трлн рублей, оценивает научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований (ЦКЕМИ) Марсель Салихов. Их доля в статистике снижалась не из-за выхода из российских бумаг, а из-за массового выпуска новых ОФЗ Минфином, которые иностранцы не покупали, поясняет он. Такое же объяснение дает и ЦБ в «Обзоре финансовой стабильности». Основными покупателями российского госдолга были не они, а отечественные госбанки, подчеркивают все опрошенные The Bell аналитики.

В 2021 году Минфин планировал разместить бумаги на 2,9 трлн рублей, в том числе около 1 трлн рублей во II квартале, следует из ежемесячных отчетов ведомства об исполнении федерального бюджета. На I квартал было запланировано примерно столько же, разместили меньше – 740 млрд рублей. План на 2021 год выполнен более чем на 25%, то есть, в этом году из-за иностранцев «не хватит» около 200-220 млрд рублей, рассчитал Салихов по просьбе The Bell. Это некритичный объем, который можно заместить из других источников — например, за счет нефтегазовых доходов, говорит он. В экстренном сценарии эти бумаги всегда может купить ЦБ, уверена главный экономист Альфа-Банка Наталия Орлова. Для понимания порядка цифр, в рамках бюджетного правила Минфин в апреле 2021 года планирует купить валюту на 185,7 млрд рублей, отмечает руководитель центра инвестиционного анализа и макроэкономических исследований ЦСР Даниил Наметкин.

Но необходимость в этих заимствованиях не так уж и высока, считает макроаналитик Райффайзенбанка Станислав Мурашов: действующий бюджет сверстан при низкой цене на нефть, $45 за баррель (сейчас баррель Brent дороже $66). При нефти по $45 дефицит бюджета составлял 2,8 трлн рублей — то есть размещения были запланированы «с запасом». К тому же, дефицит можно было покрыть и за счет средств ФНБ, рассуждает аналитик. По его словам, в нынешней ситуации можно вообще не занимать.

Что дальше

В моменте нынешний вариант санкций не окажет сильного влияния на рубль, солидарны опрошенные The Bell аналитики. В котировках рубля и ОФЗ ожидания санкций уже были учтены практически полностью, говорит Мурашов из Райффайзенбанка. Он оценивает «эффект санкций» в целом в 10 рублей в котировках: при нынешней цене на нефть доллар должен стоить 65 рублей, говорит аналитик. Сейчас все ждут, что будет дальше, какую санкционную повестку будет формировать администрация Байдена, говорит Орлова из «Альфа-Банка».

В долгосрочной перспективе стоимость обслуживания внешнего долга может немного увеличиться: премия при размещении на первичном рынке увеличится – это будет означать дополнительные расходы на выплату процентов , говорит Салихов. Если выкуп размещения ляжет на плечи ЦБ, это может повлечь ослабление курса и повышение ставки, добавляет Орлова.

Но если санкции коснулись бы не первичных, а вторичных выпусков, это имело бы колоссальный эффект, считают Орлова и главный аналитик Совкомбанка Михаил Васильев. Это означало бы отток капитала ($40 млрд) в короткий срок — такой сценарий вообще не заложен в цены рынка, отмечает Орлова. Возможностей для расширения санкций у администрации Байдена еще будет много, ближайшая — в начале июня, когда Белый дом будет вводить второй этап санкций из отравление Алексея Навального.

Источники штудировал Юрий Алаев.

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии